8/31/2013

Дом Колесникова на Новой

История этого дома началась 26 ноября 1894 года. Именно в этот день в конторе нотариуса Николая Фёдоровича Ольшевского отставной старший писарь Мартын Игнатьевич Игнатов, действующий по доверенности камергера, статского советника Анания Петровича и генерал-лейтенанта Александра Петровича Струковых, продал полтавскому мещанину Макарию Михайловичу Колесникову участок земли 25х11 саж. Участок был продан из громадной усадьбы Струковых в соответствии с разработанным по их заказу землемером Андерсоном планом прокладки новой улицы, соединившей Новодворянскую с Каменной.

Уже к 1896 г. М. Колесников выстроил на участке небольшой деревянный, обложенный кирпичом особняк с мезонином, деревянную купальню и два сарая. Всё это оценивалось в 5 623 рублей. В этом же году он взял в Харьковском земельном банке ссуду в 3 000 рублей. под залог своего дома. Однако весьма заразная «строительная лихорадка» зацепила и этот тихий угол над Днепром. В 1899 г. Колесников просит банк разрешить ему строительство каменного трёхэтажного дома. А уже в октябре следующего года он оформляет новую ссуду в 20 000 руб. под залог законченного здания. Новый дом, рассчитанный на 6 квартир, нельзя назвать очень уж крупным, даже по тогдашним меркам, но возвышенное местоположение делало его одним из самых заметных домов города. Он хорошо виден на многих панорамах с Днепра, на которых выглядит намного более значительным, чем был на самом деле. Кроме того, этот дом был первым доходным домом, выстроенным над Потёмкинским парком: предтечей современных бельведеров. Серьёзный недостаток у него был только один — он был построен в неудачное время.



Уже в середине лета 1901 г. Колесников просит отсрочки платежа по ссуде: «Ввиду известного Банку совершенного застоя в делах, чрезвычайного общаго кризиса, доходящего до народного бедствия…». С аналогичной просьбой он обращается к банку, и в марте 1902 г., сообщая, что большая часть квартир в 1901 г. стояла пустая, и убыток, принесенный новым домом, составил 1 500 рублей. Банк, однако, находился не в лучшем положении, и 8 июня 1902 г. выставил имущество Колесникова на торги по долгу в 24 671 руб. 93 коп. По счастью, для домовладельца торги не состоялись из-за полного отсутствия покупателей, и он смог, погасив часть долга, оставить дом за собой.

М. Колесников владел своим домом до самой смерти 5 марта 1909 г. Введение в наследство жены покойного Марьи Иосифовны и его малолетней дочери Анны вновь создало проблемы с возвращением ссуды, но банк пошёл навстречу наследникам, предоставив обычную в таких случаях отсрочку. Неожиданная смерть Марьи Иосифовны в 1910 г. привела к полному краху семьи. Банк отказал в новой отсрочке платежей и выставил дом на торги 9 ноября 1911 г. Хотя Екатеринославский сиротский суд, ставший опекуном Анны Макарьевны, и сообщал банку, что намерен продать дом, оценивавшийся почти в 50 000 руб., и полностью вернуть долг, но с торгов его не сняли. Дом был продан за долг в 21 204 руб. 95 коп. Новой владелицей его стала гражданка Франции Леони Каттавоз, предложившая на торгах 21 500 руб.

Сиротский суд практически сразу же потребовал перевода в опеку жалкого остатка от продажи в сумме 285 руб. 05 коп., но получил вежливый отказ, мотивируемый тем, что на имуществе могут быть и другие долги. Долги действительно нашлись. Летом 1912 г. свои права на эти деньги заявила Екатеринославская казённая палата, потребовавшая их на погашение долга в 300 руб. по наследственной пошлине. В результате этой последней выплаты Анна Колесникова стала полностью нищей. Дальнейшая её судьба неизвестна.

Леони Каттавоз, жена директора электростанции Центрального электрического общества и коммерческого агента республики Франция в Екатеринославе Мариуса Ипполитовича Каттавоза, никогда не жила в купленном ею доме. Для неё он был всего лишь выгодным вложением средств. 18 сентября 1916 г. она продала дом купцу Лейзеру Хаимовичу Рабиновичу, для которого покупка оказалась далеко не такой выгодной. Ровно через год, 21 сентября 1917 г., он продаёт дом Ванде Александровне Пенионджек, которая стала его последней пред-октябрьской хозяйкой. На удивление, Ванда Александровна сохраняла за собой дом вплоть до 1919 г. 10 октября 1919 г. она даже полностью рассчиталась с банком по полученной ссуде, выплатив ему 13 859 руб. 58 коп. наличными деньгами. Правда, свидетельствовало это не столько о благосостоянии владелицы дома, сколько о мизерности суммы на фоне инфляции во время гражданской войны.



comments powered by HyperComments